Путешествия и приключения «орденоносных» рыцарей

Слово «рыцарь» звучит гордо. И это весьма благородно... не зря же во всех монархиях до сих пор посвящение в рыцари проводят особы королевских кровей, притом лично.

Считается, что рыцарь — образ сугубо положительный. Только начиналось рыцарство не то, чтобы уж сильно благородно, и касалось это не только отдельных представителей этого сословия, но и их объединений... Итак, дело было в Европе.

Как все начиналось
Европа была тесной уже в средние века. Это на российских просторах земли хватало на всех, а уже к XI веке с делян было гораздо меньше, чем претендентов на нее. Землица передавалась по наследству только старшему сыну, а остальным наследникам мужского пола (как законным, так и незаконным – от крестьянок, служанок, прислужниц, а то даже и от благородных девиц) приходилось искать пропитание своими силами (ведь невозможно делить земли предков до бесконечности). В результате по Европе бродили целые толпы родовитых, но при этом совершенно нищих мужчин, у которых кроме врожденного апломба и чувства обиды не было порою даже второй пары штанов. Они могли податься или в наемники, или в грабители. Поскольку изрядный фрагмент экономики принадлежал католической церкви, та искренне забеспокоилась. И ребятам в рясах пришла отличная мыслишка о том, как можно не только сплавить из местных краев всех недовольных бастардов, но и поиметь на этом изрядный личный интерес. Идею эту озвучил тогдашний папе Урбану II и кратко ее содержание было простым: идем на Восток! Идею захватить новые территории и пограбить богатые арабские города, как водится, «облагородили», сказав, что нужно освободить гроб господень в Иерусалиме... хотя где тот Иерусалим, поначалу мало кто себе представлял. Но это не важно, система начала действовать...

Дивиденды от Всевышнего
Предварительную моральную обработку всеевропейского «экспедиционного корпуса», разумеется, провели «политработники», в роли которых выступали не только церковные труженники, но и самодеятельные богомольцы и пилигримы. Все эти ребята начали шнырять по городам и весям с достоверными сплетнями о тех богатствах, что бесхозно лежат где-то на Востоке и ждут, чтобы хоть кто-нибудь их подобрал прямо. Монахи слухи подтверждали, степенно кивали и намекали: о масштабах богатств пилигримы слегка недоговаривают в силу малой грамотности. А гроб господний, который уже тыщу лет подвергается разграблению и поруганию (что именно там можно грабить тысячу лет без перерыва, никто, конечно, не уточнял), – так его освобождение обещает такие дивиденды, какие никому даже и не снились, причем не только материальные, но и «кармические»: монахи уже, мол, поообщались лично с Всевышнем, и тот озвучил гарантии прямого попадания в рай всем участникам этих богоугодных походов.
Само собой, на такие шикарные посулы купились не только феодальские отпрыски, но и всевозможное отребье – беглые крепостные, профессиональные нищие, а также мелкий преступный элемент. Но уже при первом захвате Иерусалима (в 1099 году) все встало на свои места: экспроприированное барахлишко попало в руки исключительно знатных особ. Отребье было разочарованно. Церковь, конечно, процент с прибыли получила, однако вовсе не такой «богоугодный», как ей хотелось бы. Кроме того, командующие отрядами крестоносцев в поведении мало чем отличался от сегодняшних «полевых командиров» – никто никому не желал подчиняться, и каждый считал себя круче всех остальных. С раздраем надо было как-то бороться.

«Если хочешь разбогатеть – создай религию»
Фразу приписывают Рональду Хаббарду, однако, сдается мне, этот мужчина просто повторился, опоздав со своей сентенцией на много веков.
Само собой, в буквальном смысле новую религию никто создавать не собирался – времена были не те, церковь была в силе и действовать с этим надо было куда как осторожнее. Поэтому тогдашние рвачи и мздоимцы заморачиваться особо не стали, а ограничились лишь разными вариациями старого и уже изрядно раскрученного брэнда (вполне логичный маркетинговый ход, между прочим): а вариации эти назвали Орденами.
Процесс слегка затянулся и первый рыцарский орден – Иоаннитов – был создан лишь в 1113 году. Орден Тамплиеров (от французского temple – храм) - в 1118-1119. Но дальше пошло как по маслу. Бесхозных бродяг-рыцарей привлекали под знамена все новых и новых орденов, уверяя, что это – крайне круто и весьма богоугодно. Материальная выгода от авантюры была бесспорной: личное (а также вновь награбленное) имущество теперь принадлежало уже не самим крестоносцам, а давшему им «духовную крышу» ордену. А для того, чтобы у рядовых послушников не возникало соблазна утаить часть прибыли или передать добро по наследству не тому, кому нужно, все новички непременно давали три обета – бедности, безбрачия и послушания.
Помимо трех основных обетов добрые рыцари могли приколоться индивидуально. Персональные обеты, как говорят летописи, напоминали соревнования современных фриков – кто больше учудит. Одни клятвенно обещали не мыться, пока гроб господень не будет освобожден (впрочем, это было самое легкое). Другие клялись не есть яблок или креветок, третьи – не касаться левой рукой стремени, а четвертые вовсе обещали бродить по миру с завязанными глазами, пока кто-нибудь другой не отвоюет для них этот самый гроб...
И свершилось чудо! Образы вчерашних мерзавцев, жадных грабителей и коварных захватчиков заиграли совсем новыми красками! Благодаря всего трем простеньким обетам и грамотной пропаганде, в массах начали гулять легенды об особом благородстве рыцарей, их бескорыстии, платонической любви к дамам и стремлении к духовному росту. Разные трубадуры-менестрели, которые за вполне божескую плату на всех углах стали завывать такие пафосные песни о рыцарских подвигах, победах над драконами и моральной чистоте, каких потом не смогли придумать даже поэты социалистического реализма. А саму идею орденов назвали «благотворительной», выдавая денежные поборы за помощь голодным детям и врачевание больных. И даже открыли под это дело несколько лечебниц.

От бюрократии – к банкам
Чтобы проконтролировать исполнение обетов (не доверяли все-таки начальнички рядовым служащим!) новые бюрократические структуры, как и положено, обзаводились должной иерархией. Командоры командовали крепостями, приоры – провинциями, и все они подчинялись Великому магистру (иначе – Гроссмейстеру). Были также маршалы, которые ведали финансовой стороной ордена. А в конечном итоге все ордена подчинялись лично самому Папе.
Вообще, должностей, на которых ушлые организаторы могли себя не чувствовать рядовыми лохами, было полно. Все точь-в-точь, как в современных сектах. И, само собой, как и в сектах, в орденах требовать исполнения обетов от начальства было грешно по сути своей...
От особого благочестия и альтруизма ордена развернули даже прообраз современной банковской сети. Отправляясь в крестовый поход, любой бродяга мог заложить свое имущество в ордене и получить взамен маленькую бумажку, изображавшую вексель. Если ему каким-то образом удавалось добраться до земли обетованной, не погибнув в дороге, если он не терял бумажку в пути, или ее не отбирали другие странники, если он не проигрывал расписку в кости... словом, бывало это редко, то по прибытии на место назначения вполне мог получить по этому векселю эквивалентную сумму. Иногда даже с процентами. Надо ли говорить, что от такого «бессребренничества» состояние орденов (а точнее – их руководства) росло как на дрожжах?

Камни и тернии
Конечно, не всегда все было гладко. Воевать в пустынях с аборигенами – это занятие непростое. И потому крестовые походы – и это все прекрасно помнят еще со школы – закончились неудачей. Тамплиеры, например, уже в 1191 году потеряли последние свои бастионы в Палестине и отчалили в Европу. Вслед за ними отправились иоанниты. Третьи по значению – тевтонцы – тоже имели приличные проблемы. Эта славная немецкая элита в родной Германии не могла ни развернуться как следует, ни разбогатеть: вся территория страны была разбита на враждующие кланы. А в боях за святые мощи ребята получили такой отпор, что вынуждены были поскорее развернуться и отправиться с грабежами совсем в противоположную сторону – на север. Ливонцы же (они же – меченосцы) оказались так немощны в поборах, что вовсе сочли за лучшее присоединиться к Тевтонскому ордену, надеясь словить счастья хотя бы там... Отребье огорчалось все больше и больше. В XIII веке движение крестоносцев пошло на убыль.
Доходы падали. А в ответ на логичное повышение поборов подлый народец вдруг начал изображать социальные волнения и недовольство орденами и даже святой церковью. Которая опять забеспокоилась.

Закат
Конечно, общее влияние орденов от таких мелочей, как гибель армии попрошаек, особо не страдало. Однако начало конца было положено. Кроме того, собственный авторитет сыграл с орденами злую шутку.

Тамплиеры к XIV веку достигли таких масштабов могущества, что начали диктовать линию поведения европейским царственным особам. Последние простить такого не могли.
Король Франции Филипп IV по прозвищу «Красивый» повелел просто схватить всех тамплиеров на своей территории, да и отдать их под суд за колдовство. А какое ж еще обвинение им могли предъявить в 1307 году? Ведь шпионаж в пользу американской, японской и румынской разведок изобретут гораздо позже. В ходе дознания (которое, понятно, велось самыми передовыми методами), обвиняемые «раскололись» и признались во всех грехах, какие только смогли придумать следователи. После этого пару важных шишек из ордена по обычаю сожгли на костре. Орден зачах, несмотря на позднейшие попытки объединиться.

Тевтонцы, объединившись с ливонским орденом, начали свой «дранг нах ост», который был остановлен в 1242 году в сражении на Чудском озере. Потеряв больше 500 рыцарей за раз, тевтонцы потеряли и былое влияние. В начале XV века они затеяли было новую крупную войнушку, но проиграли и ее. А ещe через сто лет правитель Пруссии Альберт Гогенцоллерн и вовсе отобрал у ордена все имущество. Опять-таки, по официальной версии – за разногласия с католической церковью и склонность к ереси. Воспоминания о тевтонском ордене всплыли только в фашистской Германии, да и то лишь в плане символики военных наград. Впрочем, на бумаге он не закрыт до сих пор, так что если есть желание – можно в него вступить.

Иоанниты, орден которых получил имя в честь Святого Иоанна Иерусалимского (они же госпитальеры – ибо орден был создан в госпитале для паломников), были с треском выставили из Палестины, они какое-то время мыкались на Кипре, а потом, в поисках правды и денег, взяли да и захватили остров Родос, перебив местных жителей. И начали именоваться уже Родосскими рыцарями. Однако позже получили пинка от турок и вновь бродили по Европе , пока не получили Мальтийский архипелаг в аренду от Карла V. Само собой, после переезда на Мальту они себя начали называть уже рыцарями Мальтийскими. Но в XVIII веке Наполеон вытурил их и с Мальты... После всех скитаний и неудач иоаннитов занесло в Россию – под покровительство Павла I. И, полагаю, они не слишком удивились, когда последнюю их надeжу и опору вскорости убили... Так и маются они, бедолаги, до сих пор без четкого векового названия и с весьма мутными перспективами. В ранге благотворительной корпорации. Надеюсь – зачем-нибудь полезной.

P.S.: Детские крестовые походы
Однажды кому-то пришла очередная оживляющая идейка – а не послать ли, мол, нам в крестовый поход детишек? Этих-то, небось, басурманам убивать жалко будет? Или как? Патент с именем автора, к сожалению, в истории не сохранился, но мысль и вправду была стоящей: тысячи голодных недомерков и попрошаек сплавлялись в неизвестном направлении... Первый детский поход, согласно летописям, числится за 1212 годом. А дальше пошло как по маслу: то и дело появлялся какой-нибудь малолетний проходимец, натасканный на свершение чудес и исцеление несчастных. В его присутствии немые начинали ходить без костылей, безногие обретали отличное зрение, а больные оспой вдруг ни с того ни с сего умирали от чумы! Понятное дело, что такие метаморфозы легко возводили проходимца в ранг юродивого, то есть, хоть и слабоумного, но – святого. За которым сразу вдруг возникала охота идти не то что в какую-то Палестину, а даже и на край света.
К сожалению, юная смена подкачала – детские походы заканчивались еще бесславнее взрослых: те, кому удавалось не помереть в дороге от голода, мороза и болезней, благополучно попадали в рабство, где и завершалось их счастливое детство.