Нельзя

ЗОНА (специально для XXL)

Когда случилась авария на Чернобыльской АЭС, я находился от места происшествия на максимально далеком и безопасном расстоянии — на Чукотке. В армии служил. Надо сказать, не тянуло меня в Чернобыль совершенно — я, конечно, преклонялся перед мужеством ”чернобыльцев”, но как раз в армии и узнал о том, что мирный атом категорически опасен и держаться от него надо как можно дальше.

Наряд для зоны

Но недавно выяснилось, что в Чернобыль, оказывается, уже несколько лет устраивают экскурсии из Киева. И я загорелся. Уговаривал жену поехать вместе, приводил ей в пример Путина и других лидеров, которые без всяких свинцовых трусов, в одних костюмчиках бесстрашно позировали на фоне четвертого реактора, но жена не уговорилась. Осталась в Киеве. А я с утра пораньше отправился к станции метро Минская. Должен предупредить: если идея отправиться в Чернобыль придет вам спонтанно в Киеве, вы ее навряд ли реализуете. Готовиться надо задолго, я начал за полмесяца. Через интернет выбрал контору — их, готовых отвезти вас в Чернобыль, достаточно много и самых разных. Нужно отправить им скан паспорта, с которым предстоит ехать на Зону, важно не перепутать заграничный с отечественным. На Украину можно въезжать с любым, но в Чернобыль пустят только с тем, скан которого вы прислали. Цена поездки около 4000 рублей, перевести их тоже нужно заранее. В процессе экскурсии за дополнительную плату предлагали еще и обед, но меня это несколько смутило — обед в Чернобыле, на мой взгляд, уже перебор. Отдельно оговаривается одежда — если вы не выполните условия, вас просто не пустят на территорию. Даже если на улице дикая жара, на вас должна быть рубашка с длинным рукавом, никаких сланцев, шортов, шлепанцев. На случай дождя — что-то непромокаемое. Жена велела мне одеться в ремки, иначе не то что домой, в гостиничный номер не пустит в облученной одежде. В общем, краше в коллективный сад ездят, чем я был одет в тот день. Потом все выбросили, конечно, жена бдительно следила из окна гостиницы, как я опускаю мешок в мусорный контейнер. Итак, встречу назначили в метро. Киев я знаю плохо, поэтому приехал к Минской заранее. Сразу же возникло ощущение, что хитрые малороссы развели меня как лоха с Широкой речки. У этих сайтов ни юридических лиц, ничего — в общем, если читали ”Пикник на обочине”, поймете, о чем я. Организацией ведают то ли отмороженные сталкеры, то ли авантюристы, гарантий никаких. Стою я там и понимаю, что рядом нет никого похожего. Начал звонить организаторам, и они по телефону стали вести меня, как голос в навигаторе. Потоптавшись минут 15, я обнаружил, что место правильное и греюсь в ожидании поездки я уже не один. Неподалеку обнаружились точно такие же смущенные люди, которые радостно бросались ко мне с вопросами. Одеты они были далеко не так нарядно, как я — видимо, склонны недооценивать силу мирного атома. Или, возможно, им меньше повезло с женами. Состав группы: 70% — москвичи, 20% — российская провинция и 10% — украинцы. Мужчин и женщин поровну, был даже ребенок, пятнадцатилетний мальчик весом 90 кг в сопровождении мамы. Это, кстати, был главный ориентир, который мне выдали по телефону, — женщина с подростком. На протяжении всей поездки подросток нервно курил. Кстати, курение в Зоне не приветствуется. Считается, что так радиация лучше усваивается организмом. Но маму подростка это обстоятельство почему-то не напрягало. Обещали желтый автобус ”Богдан”, но приехал вместо него желтый Isuzu с двумя сталкершами. На боку у Isuzu красовалось маленькое слово: ”Богдан”. Мы загрузились, и тут выяснилось страшное — у автобуса отпала выхлопная труба. Что делать? Срочно вызвали другой на замену, он прибыл через 10 минут, но нас ждала новая проблема. Экскурсия-то была заказана на строго определенный автобус, поэтому водитель стал скручивать и перевешивать номера. А их заело. Я уже изрядно подзакипал, не привык к таким медленным сборам. Когда наконец собрались ехать, оказалось, что не прибыл еще один экскурсант. Не мог найти место, перепутал время, но пока снимали номера, он успел доехать до метро. К тому времени я уже вслух проклинал коллективный туризм, но увы, в Чернобыль можно приехать только так. Итак, пять звонков, опоздавший все еще где-то в метро, бедные сталкерши побежали ему навстречу — оказался молоденький хлыщеватый хипстер, даже не попытавшийся произнести хотя бы слово извинения. Поехали!

Москвичи и мутанты

По прямой от Киева до ЧАЭС — 80 км. В реальности ехать 150 км. Но на эти 150 км уходит четыре часа в один конец! Только мы начали в нашем раздолбанном тарантасе выбираться из Киева, как тут же встали. Это киевские гаишники, у которых на спине гордо написано ДАI (Державная Автоинспекция), остановили пару перегламуренных москвичей на ”Ягуаре”. Оказывается, это тоже были участники нашего автопробега. Они побрезговали ”Богданом” и решили добираться на своем транспорте. Украинские полицаи увидели московские номера и не стерпели, остановили. Но все обошлось. Правда, через 2 км опять стоп — бензозаправка. Какого фига, думаю, неужели с сухим баком на рейс вышли? Нет, это у москвидонов, как дружески зовет жителей столицы писатель Алексей Иванов, бензин кончился! Уральская кровь опять начала закипать. Забегая вперед, скажу, что эти москвидоны так потом зажигали, что я им все простил. Такой собачьей свадьбы и подросткового нереста я лет двадцать уже не видел. На границе 30-километровой зоны отчуждения мы подобрали нашего гида — мужик под 60, подтянут, больше 20 лет провел в чернобыльской зоне без видимых последствий для организма. Собственно экскурсия началась на первом КПП — 40-минутное стояние в очереди, досмотр одежды, проверка документов. Из-за московской крали опять все подвисло — несовпадение паспортных данных. Возможно, в проекте была какая-то другая девица, но счастье выпало этой. Все как-то разрешилось, москвичи пересели в ”Богдан”, и мы въехали наконец в город Чернобыль. Надо сказать, что когда в мире говорят ”Чернобыль”, то имеют в виду не столько этот город, сколько саму АЭС и город Припять, где, собственно, и жили все ее сотрудники. 26 лет назад Чернобыль прогремел на весь мир, но собственно к атомной электростанции он не имел никакого отношения. Обычный городок, ему 800 лет, до апреля 1986 г. здесь жило 13 000 человек. И фактически ни один житель на ЧАЭС не работал. Все население города было вывезено сразу после аварии, и никто из них сюда не вернулся. Сегодня Чернобыль выглядит опрятно, но малолюдно. Гид сказал, что живут здесь около 3000 человек, все — ликвидаторы. Большинство — жители украинских деревень, трудятся на ЧАЭС за зарплату в 16–18 тысяч рублей (только в гривнах). Первой по-настоящему зловещей остановкой стал заброшенный детский сад. Мы еле пробились к нему через заросли, как в хорошем апокалиптическом блокбастере. Втоптанные в грязь куклы, советские переводные картинки на дверцах шкафчиков, голые сетки двухэтажных кроватей. В общем, все, что вы хотели увидеть после атомной катастрофы. Едем дальше, вдоль отводного канала. Справа — громадный футуристический профиль пятого энергоблока. Очень сильно напоминает долгострой Вавилонской башни. Нагромождение ржавых башенных кранов — в 1986-м энергоблок только строили, и стройка была брошена в одночасье. Кстати, вся чернобыльская зона отчуждения сегодня по сути превратилась в зловещий биосферный заповедник. Со всей Украины, Белоруссии, России в безлюдную зону устремилось зверье. А че? Благодать! Людей нет, чистейшая экология, радиация их не берет... Как не берет? А так — сомы вырастают до 4 м, живут положенный срок и не заканчивают жизнь на сковородке. По зоне привольно бродят стада косуль, лошадей Пржевальского, которым угрожают стаи волков.

Припять

Следующей нашей остановкой стал четвертый энергоблок. Памятник и смотровая площадка — на 100-метровом расстоянии от места всемирной катастрофы. Радиация здесь якобы повышена, но не смертельна. Перед глазами так и стоят кадры адских кинохроник. Тут же на глазах собирается новый громадный саркофаг, который скроет в ближайшие годы четвертый энергоблок вместе со всеми его трубами. Едем в Припять. Мимо пары жутких мест, ржавого леса и моста смерти. Оценить всю их мрачность можно только после рассказа гида-сталкера. И через лес, и через мост прошел самый адский выброс. Ветерок подул именно сюда, и это было чудо. Подуй он в другое место, радиоактивный след ушел бы в Киев, и даже представить себе страшно, какой была бы катастрофа. Или в Припять, где жило 50 тысяч человек — они умерли бы в течение недели. Лес уже не ржавый, в качестве напоминания стоят три обугленные сосны, а так все деревья были спилены и закопаны. За 26 лет вымахал новый лес. Мост смерти — невзрачный, но автобус прибавляет скорости, так как фонит здесь до сих пор. Когда бабахнуло, народ, который не спал, заинтересовался, в чем дело. Но из Припяти ЧАЭС не просматривается, и разглядеть что-то можно было только с моста. Народ потянулся на мост, даже мамочки с колясками... Посмотрели, ничего особенно интересного не увидели — просто зарево. Без всякой паники двинулись домой, кто же знал, что выброс прошел ровнехонько через мост. Жить этим людям оставалось несколько недель. Там же, перед мостом смерти, гид открыл самопальный альбом доапокалиптических фотографий Припяти: ”Посмотрите, какой вид был с моста до 1986 года на Припять: широкий проспект, многоэтажные дома. А теперь посмотрите, как это выглядит сейчас”. Мороз по коже. Ничего нет! Ни проспекта, ни домов — только густой лес! Въезжаем в этот лес и начинаем двигаться по узенькой тропе. Ветки хлещут по стеклам ”Богдана”. Где мы? Ответ — в городе, на центральном проспекте. Фантасты любят задаваться вопросом — есть ли жизнь после армагеддона? Есть! Еще какая! Чего только мы не видели — прогнивший речной вокзал, именно сюда приплывали когда-то из Киева ”кометы” на подводных крыльях. Частично обрушившаяся школа, разгромленные магазины, остатки забора из колючей проволоки, которым милиция в мае 1986 г. пыталась окружить Припять от мародеров, хлынувших сюда со всей Украины. Только представьте — в 3–4 км ликвидаторы на глазах у всего мира вели адский бой со смертью, а в Припяти шел мародерский шмон. На вторую ночь после взрыва на ЧАЭС всего за несколько часов была осуществлена грандиозная спецоперация по эвакуации 50 000 человек! Сейчас такое немыслимо, а тогда к каждому подъезду подогнали автобус, люди выходили только с документами, деньгами и наиболее ценными вещами. ДК с облезлыми панно, зловещий бассейн — хоть сейчас снимай в фильме про зомбаков... Разгромленные квартиры и главная жуть — парк аттракционов. Как бы абсолютно новое колесо обозрения, смонтировали его всего за несколько дней до трагедии. Сгнившая карусель… И все это мы наблюдали под брачные игры москвичей. Очень была колоритная пара — ему хорошо за сорок, ей слегка за двадцать. Улыбки, радостный смех, ужимки и эротически двусмысленные позы, объятия и поцелуи взасос… Москвич распределил среди части группы свои и подругины электронные гаджеты, на которые следовало снимать все происходящее. Как они не начали совокупляться на фоне колеса обозрения, не знаю — к тому все дело шло. А как они обжимались у памятника погибшим ликвидаторам! И все это под испуганные вскрики сталкера: ”Не наступайте на этот люк! Там фон зашкаливает в сотни раз! И на мох не наступайте! Я же просил!” Хотя лично я так и не понял — а как на мох-то не наступать? Как ветки не трясти? К любому зданию можно пробраться только через бурелом. На выезде из Зоны — два последних аттракциона. И на десяти, и на тридцатикилометровой границе зоны отчуждения — обязательный дозиметрический контроль. Настоящий могучий советский реликт: кабинка, напоминающая современные сканеры в аэропортах. В Зоне суровый закон. Зафонишь, нацеплял радиации — тебя отсюда просто не выпустят. Но у нас все обошлось. По крайней мере я в это верю.